Дробление бизнеса: ошибки и правила в 2021 году. Дробление бизнеса: судебная практика

Дробление бизнеса: главные ошибки и проблемы

Когда можно и нельзя дробить бизнес

Группы компаний – это реалии любого российского бизнеса, утверждает управляющий партнер ЮП Юридическое партнерство «Курсив» Юридическое партнерство «Курсив» Региональный рейтинг. группа Антимонопольное право (включая споры) группа Налоговое консультирование и споры группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство Профайл компании × Мария Ильяшенко. При этом не важно, сколько фирм входит туда – сотня разнопрофильных акционерных обществ или ИП плюс ООО. Подобные структуры формируются под воздействием различных факторов: от банального выбора новых направлений работы до попыток диверсифицировать риски или желания продать часть бизнеса.

Бывают и другие причины. На прошедшем ПМЭФ-2021 глава «Русала» заявил, что их алюминиевый холдинг разделится к середине 2022 года на две компании, чтобы «реализовать программу развития каждой группы активов с наибольшей эффективностью». А крупной строительной ГК «Интарсия» пришлось распасться на несколько самостоятельных фирм из-за кризисного сокращения рынка госзаказа, где они лидировали.

В любом случае разделение организации должно быть обосновано деловыми целями, подчеркивает директор департамента налоговых услуг и цифровых решений ФБК Право ФБК Право Федеральный рейтинг. группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Антимонопольное право (включая споры) группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Интеллектуальная собственность (Консалтинг) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (high market) группа Семейное и наследственное право группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Фармацевтика и здравоохранение группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Природные ресурсы/Энергетика группа ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии) группа Частный капитал группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры – mid market) группа Банкротство (включая споры) (mid market) Профайл компании × Александр Григорьев: «Налоговая экономия не может быть первоосновой такого решения, иначе риски доначисления налогов, пеней и штрафов очень высоки». Тем более, что в последнее время распад бизнеса на несколько юрлиц ассоциируется у налоговиков с минимизацией налогового бремени, замечает партнер ЮФ Forte Tax & Law Forte Tax & Law Региональный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры группа Трудовое и миграционное право (включая споры) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 19 место По выручке × Антон Кабаков.

По его словам, решаясь на такую реорганизацию, надо заранее начинать готовиться к диалогу с инспекцией. Потому важно, чтобы все новые структуры самостоятельно приобретали товары, материалы и оплачивали другие расходы, подчеркивает гендиректор НЮК Митра Митра Федеральный рейтинг. группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры – mid market) группа Природные ресурсы/Энергетика × Юрий Мирзоев. Каждая организация должна сама начислять и перечислять зарплату работника, иметь собственную бухгалтерию и отдел кадров, говорит эксперт. А вот дробить бизнес с целью налоговой экономии сейчас в принципе нельзя, предупреждает Мирзоев: «Риск налоговых доначислений максимальный».

Если разделение организации носит искусственный характер, не преследует деловых целей, а только желание снизить налоговую нагрузку, то это точно риск. А если есть понятная деловая цель, то риски минимальны.

Причем если несколько лет назад под неправомерным «дроблением» подразумевалось незаконное применение льготных налоговых режимов, то сегодня даже создание двух ООО на общей системе налогообложения может вызвать вопросы у налоговиков. Речь идет о случаях, когда руководители этих организаций пытаются применять льготы по страховым взносам, предусмотренные для малых и средних предприятий, объясняет Ильяшенко.

Вместе с тем налоговики все же разделяют законное и незаконное дробление бизнеса. В этом году ФНС разъяснила их отличия в собственном письме:

Законное дробление бизнеса

Незаконное дробление бизнеса

Компании работают самостоятельно и на свой риск.

Организационно единая работа ведется от имени нескольких формально самостоятельных фирм.

Управленческие решения принимают сами руководители этих налогоплательщиков.

Управление разными фирмами координируется одними и теми же лицами.

Ведут деятельность с использованием собственных и достаточных ресурсов.

Компании для работы используют общие ресурсы: трудовые или технические.

Главная ошибка «дробления»

За незаконное дробление бизнеса компании помимо доначисленных налогов еще придется заплатить штраф в 40% от этой суммы (п. 3 ст. 122 НК). Самая распространенная ошибка в таких случаях – «собрать» совокупность обстоятельств, которые указывают на несамостоятельность работы компаний, замечает старший налоговый юрист ЮФ Гин и партнеры Гин и партнеры Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) Профайл компании × Мария Лоецкая. Единый центр управления и сеть контрагентов, общие офисы и кадровый ресурс, одни и те же телефоны с МАС-адресом привели к тому, что АО «ТК Артекс» доначислили более 100 млн налогов (дело № А40-21352/2018).

Как бы предприниматели ни пытались оформить документы и структурировать бизнес, чтобы ввести налоговую в заблуждение – не получится. Все равно будут ошибки, и если назначат выездную проверку этого налогоплательщика, то по ее итогам доначислят налоги, штрафы, пени. Судебная же практика по такой категории дел однозначно складывается в пользу налоговых органов.

Если единый производственный процесс делят между разными компаниями, которые остаются связанными по работе друг с другом, то такое дробление тоже посчитают искусственным. Так произошло в делах № А27-24746/2019, № А11-12406/2018, № А40-232577/2019 и № А59-5764/2017.

Компании часто попадаются на формальном разделении бизнеса, когда, к примеру, при допросе гендиректора и сотрудников организации, применяющей льготный режим налогообложения, выясняется, что реальное руководство ведется менеджментом «головной компании». То есть персонал фактически работает на все компании группы из одного помещения, а разделение сфер деятельности фирм, входящих в группу, весьма условно.

Что еще «подводит» бизнесменов

А вообще, по словам Ильяшенко, все ошибки бизнесменов в таких случаях делятся на две группы: те, которые позволяют налоговым органам выявить дробление бизнеса и те, которые помогают доказать его незаконность.

К первой относится взаимозависимость. Сама по себе она не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Но на практике не бывает дел о дроблении, в которых не устанавливался бы такой критерий, замечает эксперт.

Налоговики могут выявить взаимозависимость на основании сведений из ЕГРЮЛ: один учредитель, один руководитель, один юридический адрес и одна дата регистрации. Подобная информация помогла инспекции доначислить более 36 млн руб. налогов компании в деле № А54-6162/2017. Так что бизнес, в котором «100500» фирм зарегистрированы на одного учредителя, в первую очередь оказываются под пристальным вниманием ФНС, предупреждает Ильяшенко.

Внимание налоговиков привлекут и случаи, когда налогоплательщик переводит свою деятельность, работников или основные средства на новую компанию по одной простой причине – фирма по ряду показателей приблизилась к лимитам, установленным для применения специальных налоговых режимов. На этом «попались» «Стародубские колбасы» (дело № А09-8586/2017) и дальневосточный ресторан «Седьмое небо» (дело № А59-3874/2018).

Читайте также:
Требования к арбитражному управляющему, кто его назначает, его права и обязанности

Высоки риски и при работе с фирмами-«однодевками». Если хотя бы одна фирма напрямую взаимодействует с сомнительными контрагентами, то налоговики могут начать присматриваться ко всей структуре, говорит Ильяшенко. Именно с таких фактов начались дела о дроблении бизнеса № А71-48/2018 и № А12-1656/2018.

Порой компании сами провоцируют налоговиков их проверить. Фирмы показывают убытки, но обращаются за возмещением НДС из бюджета. Инспекция понимает, если есть центр убытков, то должен быть и центр прибыли, который обычно находится под льготным режимом налогообложения, замечает эксперт. Так и произошло в деле № А12-15531/2015.

Интерес у налоговой службы к организациям может возникать и по более экзотическим причинам. Одна из них – регион постановки на налоговый учет. По наблюдениям Ильяшенко, в некоторых субъектах России проверяющие уделяют больше внимания схемам дробления бизнеса. Так, в Новосибирской области подобных дел в судах было меньше пяти за последние четыре года. А вот в соседней Кемеровской области – только за последний год шесть споров. Безусловным лидером по таким разбирательствам за последний год стала Волгоградская область.

Чем подтверждают искусственный раздел фирм

Среди доказательств, которые позволяют доказать незаконность дробления бизнеса, выделяется наличие общих финансовых ресурсов у компаний. Снять два разных офиса, чтобы отвести от себя подозрения, не получится, говорит Ильяшенко. У налоговиков вызовут вопросы транзитные переводы средств между фирмами «по договорам беспроцентного займа» (дела № А05-9428/2016, № А40-9440/2018) и «договору дарения» (дело № А05-13752/2019). Доказательствами в пользу инспекции также станут отсутствие прибыли (дело № А19-273/2016) и завышенные расходы по услугам взаимозависимых лиц (дела № А74-9292/2015 и № А19-13615/2014). Кроме того, в подобных спорах есть большая вероятность, что налоговый орган неправильно рассчитает размер доначислений, констатирует юрист налоговой практики Crowe CRS Legal Crowe CRS Legal Федеральный рейтинг. группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (high market) × Евгения Заинчуковская: «А бремя опровержения расчетов налогового органа ляжет на налогоплательщика».

Территориальное дробление бизнеса, по моему мнению, пример, к которому реже всего возникают претензии у налоговых органов. Допустим, несколько розничных торговых компаний в разных регионах. Каждая бизнес-единица обычно обладает полным набором: от собственного руководителя до своих хозяйственных связей. Если при этом правильно оформлено владение и финансовые потоки откорректированы, то риск претензий инспекции будет максимально снижен.

Наряду с этим использование разных систем налогообложения в группе лиц может способствовать решению предпринимательских задач, замечает Наталья Маликова из VEGAS LEX VEGAS LEX Федеральный рейтинг. группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Транспортное право группа Экологическое право группа Антимонопольное право (включая споры) группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры – high market) группа Земельное право/Коммерческая недвижимость/Строительство группа Комплаенс группа Корпоративное право/Слияния и поглощения (high market) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговое консультирование) группа Природные ресурсы/Энергетика группа Страховое право группа Банкротство (включая споры) (high market) группа Налоговое консультирование и споры (Налоговые споры) Профайл компании × . Так, в деле № А12-2866/2019 суд указал, что строительный бизнес волгоградские ООО «КЖИ» и «ДСК-1» вели через два юрлица, чтобы охватить разные сегменты рынка сбыта: покупатели с НДС и без НДС.

Правда, создать другую компанию под новый вид деятельности всегда проще и безопаснее, нежели разделять уже существующую структуру или переводить заключенные контракты и персонал на новое юрлицо, резюмирует Григорьев.

Борьба ФНС России с дроблением предприятий: кейс из судебной практики

Управляющий партнер юридической компании “ЭНСО”

специально для ГАРАНТ.РУ

Иметь несколько юридических лиц на территории России не крупным предпринимателям опасно: могут признать номинальным директором с последующей блокировкой счетов всех юридических лиц, крупным уроном репутации компании и предвзятым отношением со стороны налоговых органов.

Так, налоговики в письме ФНС России от 29 декабря 2018 г. № ЕД-4-2/25984 призывают свои подразделения обратить пристальное внимание на случаи дробления бизнеса. Официально термина “дробление бизнеса” в законодательстве не закреплено, но фактически он означает регистрацию нескольких предприятий на свое имя или на имя родных и близких. В письме отмечается, что в основном явление происходит в тех сферах бизнеса, где предусмотрены специальные налоговые режимы, такие как УСН, ПСН и т. п., которые были созданы с целью развития малого бизнеса и его конкурентоспособности.

Для борьбы с дроблением бизнеса с целью ухода от общего налогообложения ФНС России призвало своих сотрудников повысить уровень работы в контрольно-аналитическом направлении. Налоговики в своем письме ссылаются на судебную практику по ряду дел по применению ст. 54.1 Налогового кодекса.

Например, у предпринимателя есть две компании, одна из них на ОСН, а другая – на УСН. ФНС России воспринимает такое деление как дробление бизнеса с целью получения необоснованной налоговой выгоды. Налоговые органы приложат все силы для применения к компании, которая находится на специальном режиме, общей системы налогообложения и начислят дополнительный НДС.

Высшим Арбитражным Судом РФ в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. №53 введено понятие необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода – это уменьшение налогооблагаемой базы, получение льгот по уплате налога, применение специальных режимов и получение права на возврат налога.

Судом отмечено, что при анализе следует обратить внимание на такие факты как:

  • отсутствие у налогоплательщика реальных возможностей вести экономическую деятельность;
  • недостаток персонала для осуществления деятельности;
  • учет только тех операций, которые необходимы для получения выгоды;
  • совершения операций по движению товаро-материальных ценностей не было или было в том объеме, который не соответствует реальности.

Выделю признаки, по которым налоговые органы легко вычислят факты получения необоснованной налоговой выгоды:

  • взаимозависимость: часто при делении бизнеса юридические лица оформляют на родственников, друзей, партнеров и т. д., дабы избежать рисков потери компании;
  • номинальный директор: предприниматели стараются избежать внимания ФНС России и обращаются к услугам номинальных директоров, а не родственников. Такие подставные лица только формально являются руководителями фирмы, а на деле не имеют никакого отношения к управлению компанией. Этот признак самый опасный: слишком высок риск не только проблем с налоговыми органами, но и вовсе потери бизнеса.
Читайте также:
Оспаривание сделок должника при банкротстве: порядок признания, судебная практика, сроки

Юрлицо вправе обратиться в арбитражный суд для защиты своих интересов, если компания не согласна с решением налогового органа.

ОАО в арбитражном суде Калужской области решило оспорить обвинение межрайонной ИФНС России в совершении налогового правонарушения, которое выразилось в уплате налогов в неполном размере. Налоговый орган доначислил налоги на сумму свыше 33 млн руб.

Свое решение ИФНС России основывала на выводе о дроблении бизнеса, в связи, с чем произошло уменьшение налогооблагаемой базы.

Заявитель не согласился с выводами о “дроблении бизнеса” и заявил, что налоговой инспекцией не доказана взаимосвязь между ОАО и еще четырьмя ООО с похожими названиями с целью получения необоснованной налоговой выгоды через создание формального документооборота, а также что часть выручки была выведена из-под базовой системы налогообложения.

Суд не поддержал требования налогоплательщика, обосновав свое решение следующим образом.

Налоговая инспекция при анализе финансово-хозяйственной деятельности “аффилированных” предприятий пришла к выводу, что она осуществлялась формально без деловой цели и была направлена на минимизацию сумм налогов по ОСН (налог на прибыль и НДС).

Цитируя Постановление Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. №53 “Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды” судом замечено, что налогоплательщики, чья деятельность направлена на получение налоговой выгоды, с экономической точки зрения оправдана и данные, которые задекларированы в налоговой и бухгалтерской отчетности, являются верными.

Однако если суд установит, что получение дохода происходит исключительно за счет налоговой выгоды в отсутствие какой-либо хозяйственной деятельности, в получении этой выгоды может быть отказано.

В ходе проводимой проверки было установлено, что:

  • ОАО, дата регистрации: 28 декабря 1992 г., система обложения: общая;
  • ООО 1, дата регистрации: 2 июля 2013 г., адрес предприятия тот же, что и у ОАО, система обложения: упрощенная;
  • ООО 2, дата регистрации: 2 июля 2013 г., лицо, выступавшее от ООО 2 по доверенности, то же, что и у ООО 1, адрес предприятия: тот же, система обложения: упрощенная;
  • ООО 3, дата регистрации: 2 июля 2013 г., лицо, выступавшее от ООО 3 по доверенности: то же, что и у ООО 1 и ООО 2, адрес предприятия: тот же, система обложения: упрощенная;
  • ООО 4,дата регистрации: 2 июля 2013 г., лицо, выступавшее от ООО 4 по доверенности: то же, адрес предприятия: тот же, учредитель является членом совета директоров ОАО, система обложения: упрощенная.

ОАО имеет все необходимые внеоборотные активы для ведения деятельности, все прочие общества в период с 31 декабря 2013 г. по 31 декабря 2014 г. внеоборотных активов на балансе не имели. Отсутствовала собственная производственная база, которая необходима для данного производства.

Указанные общества 1 января 2014 г. в аренду получили оборудование, складские и промышленные помещения и автотранспорт для ведения деятельности от ОАО. Налоговые органы, исследуя договоры аренды, установили, что всем ООО было передано одно и то же оборудование и помещения с посменным графиком работы. В качестве арендной платы значились налог на имущество и амортизационные отчисления. Иные платежи не были предусмотрены. По арендованным машинам общества не несли никаких расходов, включая ГСМ. Все расходы несло ОАО.

Кадровое и бухгалтерское обслуживание обществ также осуществлялось ОАО по договору об оказании услуг.

Дисциплинарные взыскания на сотрудников обществ накладывались руководством ОАО, а не обществ. Таким образом вырисовывается картина полного контроля со стороны ОАО над деятельностью обществ.

Кроме того, в бухгалтерских документах списание сырья отражено, как собственное производство, то есть ОАО занималось производством без делегирования кому-либо.

Таким образом, ИФНС установила замкнутый характер финансово-хозяйственной деятельности между обществами и ОАО. Договоры между ОАО и обществами заключались без экономической целесообразности. Договоры займов, где общества выступают в качестве заимодавцев, заключаются на суммы, которыми последние не располагают.

После того, как доход ООО 1 приблизился к предельному значению, ограничивающему право применения упрощенной системы налогообложения, его финансово-хозяйственная деятельность прекратилась. ОАО стало использовать счета другого общества – ООО 2.

В результате анализа документов, предоставленных ИФНС, суд согласился с доводами последней, что финансовая сторона деятельности обществ не обладала признаками самостоятельности, денежные потоки аккумулировались в конечном счете в ОАО, которое осуществляло контроль за направлением расходов обществ.

Перечислим признаки “дробления бизнеса”, которые были усмотрены судом в данном деле:

  • уплата налога по упрощенным системам обществами вместо ОАО, который фактически осуществлял реальную деятельность;
  • уменьшение налоговых обязательств при отсутствии расширения хозяйственной деятельности;
  • выгодоприобретатель от работы всех ООО-ОАО;
  • все общества ведут идентичный вид экономической деятельности;
  • все общества созданы одновременно накануне расширения производственных мощностей;
  • взаимоконтроль расходов;
  • отсутствие у обществ основных и оборотных средств;
  • служебная взаимозависимость между ОАО и обществами;
  • одни и те же юридические адреса, складские помещения, контактные данные;
  • заключение договоров между обществами либо с одними и теми же лицами;
  • ведение бухгалтерского и кадрового учета одними и теми же лицами;
  • показатели деятельности близки к предельным значениям применяемой системы налогообложения.

Суд нашел, что данная схема использовалась руководством ОАО для сокрытия реального дохода с целью снижения налогооблагаемой базы и получения налоговой выгоды.

Суд принял решение на основе:

  1. Определения Конституционного суда Российской Федерации от 8 апреля 2004 г. № 169-О и Определения КС РФ от 4 ноября 2004 г. № 324-О: оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок на предмет их действительности. Сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиков;
  2. П. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. № 53 “Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды”: налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера);
  3. Определения КС РФ от 4 июля 2017 г. № 1440-О “Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бунеева Сергея Петровича на нарушение его конституционных прав положениями статей 146, 153, 154, 247-249 и 274 Налогового кодекса Российской Федерации”, что в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), то это, в свою очередь, предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений НК РФ, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора;
  4. постановления Арбитражного суда Центрального округа от 3 августа 2018 г. по делу № А48-2167/2017;
  5. постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21 августа 2017 г. по делу № А70-13347/2016.
Читайте также:
Процедура наблюдения при банкротстве юридического лица: сроки, цель, ограничение, последствия

Дробление бизнеса: чем вы рискуете?

В Налоговом кодексе существует несколько спецрежимов, которые облегчают жизнь небольшим компаниям. Однако нередко они используются с целью некорректной оптимизации крупного бизнеса. Это ситуации, когда налогоплательщик уже не подпадает под критерии для применения льготной системы налогообложения, но успешно ею пользуется, получая все положенные преференции в виде возможности снижения налоговой нагрузки.

Накануне 2019 года ФНС выпустила Письмо от 29.12.2018 N ЕД-4-2/25984, в котором предупредила о намерении усилить контроль за схемами дробления бизнеса. Она напомнила о том, что налоговые преимущества в виде спецрежимов установлены только для малого бизнеса и направлены на то, чтобы для всех участников рынка были созданы равные конкурентные условия. В то же время злоупотребления такими преимуществами делает бессмысленными все усилия государства по налоговой поддержке малого бизнеса.

В Письме ФНС дано поручение внимательнее осуществлять «контрольно-аналитическую работу в отношении налогоплательщиков, которые создают видимость деятельности нескольких самостоятельных налогоплательщиков, прикрывающих деятельность одного налогоплательщика». Цель такой «теневой» деятельности, по мнению налоговиков, — получить или сохранить право на применение специального налогового режима и, соответственно, сэкономить на налогах.

При чем тут взаимозависимые лица?

Понятие «взаимозависимые лица» сильно связано с проблемой дробления бизнеса. Оно регулируется ст. 105.1 НК РФ. Если подытожить все перечисленные в этой статье характеристики и признаки, то взаимозависимыми лицами считаются такие лица, взаимоотношения между которыми могут влиять на результат сделок.

В ст. 105.1 НК РФ уточняется, что влияние одного лица на другое может признаваться взаимозависимостью, если оно оказывается либо в силу участия в капитале, либо на основании соглашения, либо при наличии иной возможности, когда одно лицо может влиять на другое лицо.

Станислав Джаарбеков, юрист, аттестованный аудитор и ведущий вебинара «Налоговые риски применения схемы дробления бизнеса», обращает внимание на то, что ст. 105.1 НК РФ помимо всего прочего конкретизирует понятие взаимозависимости, формулируя три основания для взаимозависимости.

Взаимозависимость по закону

В частности, в п. 2 ст. 105.1 НК РФ представлен конкретный перечень ситуаций, когда лица или организации признаются взаимозависимыми.

  • Если одна организация прямо или косвенно участвует в другой организации, при этом доля такого участия — более 25 %, то эти организации взаимозависимые.

Так, если ООО «Иск» владеет 50 % ООО «Игрек», то они –взаимозависимые организации.

  • Если физлицо прямо или косвенно участвует в организации и доля этого участия составляет более 25 %, то физлицо и организация будут считаться взаимозависимыми.

Это возможно в ситуации, когда физлицо, например, владеет 30 % ООО «Икс». Физлицо и ООО «Икс» в таком случае будут взаимозависимыми.

  • Если одно и то же лицо прямо или косвенно участвует в организациях и доля такого участия в каждой организации составляет более 25 %, то организации будут взаимозависимыми.

Допустим, ООО «Икс» владеет 30 % в ООО «Игрек» и 40 % в ООО «Зет», при этом между «Игрек» и «Зет» взаимоотношений нет. На основании этих обстоятельств они будут взаимозависимыми, так как одна и та же компания владеет долей более 25 % в «Игрек» и «Зет».

  • Если организация и лицо осуществляют полномочия ее единоличного исполнительного органа, то в этом тоже усматривается взаимозависимость.

Это ситуация, когда организация и гендиректор — взаимозависимые лица.

  • Если в организациях полномочия единоличного исполнительного органа осуществляет одно и то же лицо, эти организации признаются взаимозависимыми.

Физлицо является руководителем в ООО «Икс» и в ООО «Игрек», между ними связи в основном капитале нет. Но эти организации будут считаться взаимозависимыми, потому что у них один руководитель. Такое основание встречается довольно часто.

  • Если доля прямого участия каждого предыдущего лица в каждой последующей организации составляет более 50 %, организации или физлица тоже признаются взаимозависимыми.

Если ООО «Икс» владеет долей более 50 % ООО «Игрек», а ООО «Игрек» владеет долей более 50 % ООО «Зет», то все в этой цепочке между собой взаимозависимые.

  • Если одно физлицо подчиняется другому физлицу по должностному положению, то физлица признаются взаимозависимыми.
  • Взаимозависимым признается физлицо, его супруг, родители, дети, братья, сестры и другие родственники.

В п. 3 ст. 105.1 НК РФ указано правило, что долей участия физлица в организации признается совокупная доля участия этого физлица и его родственников в указанной организации.

Например, в ООО «Икс» 25 % владеет отец и 25 % – сын. Также есть ООО «Игрек», в которой также 25 % владеет отец и 25 % – сын. Согласно правилу, компании будут считаться взаимозависимыми.

Также взаимозависимыми по закону признаются:

  • организация и лицо (в том числе физлицо совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными в пп. 11 п. 2 ст. 105.1 НК РФ), имеющее полномочия по назначению единоличного исполнительного органа этой организации или по назначению не менее 50 % состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров этой организации;
  • организации, единоличные исполнительные органы которых либо не менее 50 % состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров которых назначены или избраны по решению одного и того же лица (физлица совместно с его взаимозависимыми лицами, указанными в пп. 11 п. 2 ст. 105.1 НК РФ);
  • организации, в которых более 50 % состава коллегиального исполнительного органа или совета директоров составляют одни и те же физлица совместно с взаимозависимыми лицами, указанными в пп. 11 п. 2 ст. 105.1 НК РФ.

Самостоятельная взаимозависимость, когда лица признают себя взаимозависимыми сами

Такую возможность допускает п. 6 ст. 105.1. Это ситуации, когда два лица, не являющиеся взаимозависимыми по формальным признакам, могут признать себя взаимозависимыми и заявить об этом в налоговую службу. Эта возможность документально отработана через подачу уведомления о контролируемых сделках. В практике подобные ситуации возникают тогда, когда стороны совершают по объему контролируемые сделки и по сути они являются взаимозависимыми (и они об этом знают), но формальных признаков взаимозависимости нет.

Взаимозависимость по суду

Формулируется в п. 7 ст. 105.1 НК РФ. К такой категории относятся случаи, когда налоговый орган может через суд признать лица взаимозависимыми. То есть нет признаков, которые бы признавались по закону, но есть иные признаки взаимозависимости.

Наиболее рискованным среди перечисленных пунктов ст. 105.1 НК РФ является именно п. 7, когда взаимозависимость признается через суд. Поэтому стоит рассмотреть такие случаи подробнее. В целом перечь оснований для этого довольно широкий, но обычно суд учитывает совокупность признаков.

Читайте также:
Письмо об отсутствии деятельности: образец написания для ООО, правила составления пояснения в налоговую и справки в ФСС

Так, одним из признаков является тот факт, что компания или ИП открыты на лицо, с которым другую компанию связывали длительные деловые отношения, в том числе трудовые. Допустим, в компании «Икс» одно время работал заместитель руководителя, потом он уволился и открыл ИП на УСН, и компания «Икс», которая, по сути, является его бывшим работодателем, начинает с ним взаимодействовать.

Другая ситуация: в двух организациях большую долю руководящих должностей занимают одни и те же сотрудники. Формально, по Трудовому кодексу, такое совместительство не запрещается. Но если помимо этого признака есть другие (например, все эти сотрудники являются руководителями в организациях, которые располагаются в одном бизнес-центре, счета у организаций в одном банке), то высока вероятность того, что суд посчитает лица взаимозависимыми.

Каким бывает дробление бизнеса

В Письме ФНС РФ от 11.08.2017 N СА-4-7/15895@ приводится результат анализа 400 арбитражных дел на тему дробления бизнеса за предыдущие четыре года. Так, в качестве доказательств, свидетельствующих о применении схемы дробления бизнеса, могут выступать следующие установленные в ходе налоговой проверки обстоятельства:

  • дробление бизнеса происходит между несколькими лицами, применяющими ЕНВД или УСН, чтобы основной участник, осуществляющий деятельность, не исчислял и не уплачивал НДС, налог на прибыль организаций и налог на имущество организаций;
  • применение схемы дробления бизнеса повлияло на условия и экономические результаты деятельности всех участников схемы — привело к уменьшению налоговых обязательств или к тому, что эти обязательства практически не изменились при масштабировании деятельности;
  • налогоплательщик, участники, должностные лица или лица, осуществляющие фактическое управление деятельностью, выступают выгодоприобретателями от дробления бизнеса;
  • участники схемы занимаются аналогичным видом экономической деятельности;
  • создание участников схемы в течение небольшого временного периода непосредственно перед расширением производственных мощностей или увеличением численности персонала;
  • участники схемы несут расходы друг за друга;
  • прямая или косвенная взаимозависимость участников схемы дробления бизнеса (родственные отношения, участие в органах управления, служебная подконтрольность и т.п.);
  • персонал перераспределяется между участниками схемы формально, без изменения должностных обязанностей;
  • у подконтрольных лиц отсутствуют кадровые ресурсы;
  • участники схемы используют одни и те же вывески, помещения, контакты, сайт, контрольно-кассовую технику, терминалы и т.п.;
  • у всех участников схемы общий поставщик и покупатели;
  • одни и те же лица занимаются фактическим управлением деятельностью участников схемы;
  • у участников схемы единые службы по ведению бухучета, кадрового делопроизводства, юридическому сопровождению и т.д.;
  • одни и те же лица представляют интересы по взаимоотношениям с госорганами и иными контрагентами;
  • показатели деятельности, такие как численность персонала, занимаемая площадь и размер получаемого дохода, близки к предельным значениям, ограничивающим право на применение специальной системы налогообложения;
  • данные бухучета налогоплательщика с учетом вновь созданных организаций могут указывать на снижение рентабельности производства и прибыли;
  • поставщики и покупатели распределяются между участниками схемы, исходя из применяемой ими системы налогообложения.

Стоит отметить, что по схеме дробления бизнеса судебная практика не сформировалась до сих пор. По-прежнему возникает много ситуаций, когда однозначно убедиться в отсутствии риска нельзя. В этой связи стоит обратить внимание на Постановление Конституционного Суда РФ от 28.11.2017 № 34-П, установившее новый принцип, а именно запрет на придание обратной силы судебным решениям. Суд отметил, что если по какому-то вопросу сложилась устойчивая практика в пользу налогоплательщика, а потом вышло судебное решение, которое меняет практику в худшую сторону, то изменение судебной практики в плохую сторону должно применяться только к будущему периоду, а не к прошлому.

Также следует обратить внимание на Письмо ФНС РФ от 13.07.2017 № ЕД-4-2/13650@, в котором налоговики дают рекомендации территориальным органам, как доказывать умысел в неуплате налога. Суть состоит в том, что при схемах дробления бизнеса налоговики могут доказать умысел в неуплате налога и тогда штраф будет не 20 % в связи с неуплатой налога, а 40 %. Кроме того, при больших суммах неуплаты налога может быть основание для возбуждения уголовного дела.

Пути снижения рисков при дроблении бизнеса

Законодательством установлены льготные системы налогообложения: УСН, ЕНВД, ПСН, ЕСХН. Их нельзя применять при нереальной хозяйственной деятельности, то есть создавать ИП или ООО только с целью оптимизации бизнеса. Это одна из частых ситуаций, которая возникает в связи с дроблением бизнеса.

Вторая распространенная ситуация — это когда крупный бизнес, представляющий собой единый процесс, делится на части, которые оформлены в виде формально отдельных юридических лиц, но по сути являются частью процесса.

Станислав Джаарбеков, юрист, аттестованный аудитор и ведущий вебинара «Налоговые риски применения схемы дробления бизнеса», отмечает несколько путей снижения рисков при дроблении бизнеса.

1. Реальность и самостоятельность деятельности налогоплательщиков

В Письме ФНС РФ от 11.08.2017 N СА-4-7/15895@ рассматривается пример дела, которое налоговики проиграли.

Существует сеть аптек из нескольких десятков юрлиц, которая работает под единым брендом. Все юрлица применяют льготные системы налогообложения. Налоговая пытается доказать, что все юрлица являются частями одной крупной компании и приводит следующие признаки: единый бренд, одни и те же акционеры, пересечение одних и тех же сотрудников и т.д. Но она проигрывает спор, потому что в суде налогоплательщики доказывают, что каждая аптека — это самостоятельная компания, со своим персоналом, своими основными средствами, все аптеки расположены на разных территориях. Главным в данном случае оказалось то, что каждая компания обладала признаками самостоятельности.

К распространенным схемам дробления бизнеса относятся ситуации, когда средства выводят на ИП. То есть компания заключает договора с ИП с целью минимизации затрат на оплату персонала. Вместо того, чтобы заключать трудовые договора с сотрудниками и брать их в штат, она просит людей регистрироваться в качестве ИП, но далее сотрудничают с ними по принципам трудовых отношений. Такой случай как раз рассматривается в Определении Верховного Суда РФ от 27.02.2017 N 302-КГ17-382 по делу N А58-547/2016. Налоговая смогла доказать, что отношения у компании с ИП были такие же, как с сотрудниками, оформленными в штат.

2. Деловая цель создания новых организаций и ИП

Такие деловые цели могут быть разными:

  • иной состав акционеров

Судебная практика исходит из того, что если соакционер реальный и он привлекается с определенными целями, то создание компании имеет деловую цель.

Допустим, у вас есть какой-то бизнес и вы создаете новую компанию с новым соакционером. Ваша цель — усилить бизнес: дать долю соакционеру в новой компании, так как давать долю в старой компании для вас экономически нецелесообразно.

  • снижение рисков бизнеса
Читайте также:
Образец заявления о выходе участника из ООО в 2021 году

Представим, что крупная фармацевтическая компания разделилась на большое количество маленьких аптек, которые стали применять спецрежимы. Необходимость дробления объяснили тем, что из-за ошибки фармацевта в одном из филиалов у компании однажды отобрали лицензию, результате чего бизнес был парализован. Чтобы предотвратить подобные ситуации в будущем, было решено создать 40 юрлиц. Таким образом, если при какой-то ситуации лицензию и отберут, то только у одной маленькой организации, а не у всей компании.

  • повышение эффективности управления

Допустим, есть большая компания, из которой выделено несколько юрлиц. Они стали применять «упрощенку» и контактировать со старой компанией по разным операциям. При проверке оказалось, что они это сделали с целью оптимизации управления. У них это было прописано в бизнес-плане. Они специально дали самостоятельность компаниям, чтобы замерять их показатели и затем подтягивать до этих показателей все остальные филиалы.

3. Рыночные условия сделок между взаимозависимыми лицами

Налоговые органы могут учитывать рыночность цен при проверке схем дробления бизнеса. В судебной практике есть решения, в которых выражается следующая позиция по этому вопросу: если сделка неконтролируемая, то в общем случае налоговая не может проверять цену сделки, но если есть необоснованная налоговая выгода, в том числе полученная в рамках схемы дробления бизнеса, то в это случае налоговая может оценить размер получения необоснованной налоговой выгоды через определение рыночной цены.

4. Налоговая экономия

Налоговая может сделать доначисления, если в результате взаимодействия двух компаний возникла потеря бюджета (налоговая экономия). В этом случае схема взаимодействия должна квалифицироваться как схема дробления бизнеса. Если потери бюджета не будет, то доначисления не последуют.

Не пропустите новые публикации

Подпишитесь на рассылку, и мы поможем вам разобраться в требованиях законодательства, подскажем, что делать в спорных ситуациях, и научим больше зарабатывать.

«Арифметика дробления» в 2021 году и новое письмо ФНС по ст.54.1 НК РФ

Бесконечно можно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода и на практику «раскрытия» схем «дробления бизнеса». В условиях новой правовой реальности, где ФНС активно берет на себя функции судов, вопросы «дробления бизнеса» еще долго не потеряют свою актуальность.

Напомним, что относительно недавно ФНС России направила территориальным налоговым органам письмо по итогам мониторинга правоприменительной практики, рекомендациями которого должны будут использовать инспекторы в своей работе. Данные разъяснения по вопросу применения ст.54.1 НК РФ не обошли стороной тему «дробления бизнеса», посвятив данному вопросу скромный раздел, состоящий из двух пунктов.

Модель ведения бизнеса и письмо ФНС по ст.54.1 НК РФ:

Пунктом 27 письма ФНС решила показать, что выходит на новый уровень эволюционного развития, введя в свой понятийный оборот новый красивый термин «бизнес-модель ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц, часть из которых применяют специальные налоговые режимы».

Далее ФНС рассказывает, когда бизнес-модель ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц, часть из которых применяют специальные налоговые режимы можно считать схемой «дробления бизнеса». Повторяя, как мантру, ранее сформулированные позиции, ФНС умело обосновывает встраивание нормы п.1 ст.54.1 НК РФ в свой карательный инструментарий по доказыванию «схем дробления».

Суть разъяснений о том, что такое «дробление бизнеса» и как оно должно «раскрываться» свелось к перечислению, ранее сформулированных «постулатов», а именно, «вывод о нарушении требований подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1 Кодекса и об исключительно или преимущественно налоговых мотивах организации ведения бизнеса в рамках группы лиц с применением преференциальных специальных налоговых режимов может быть сделан, в частности, в случае, если:

а) налогоплательщиком ведется деятельность через применяющих специальные налоговые режимы подконтрольных лиц, которые не осуществляют ее в своем интересе и на свой риск, не выполняют реальных функций, и принимают на себя статус участников операций с оформлением документов от своего имени в интересах контролирующего лица,

б) хозяйственная деятельность осуществляется налогоплательщиком и иными входящими в группу лицами с использованием одних и тех же работников и иных ресурсов при тесном организационном взаимодействии данных лиц,

в) осуществляются хотя и разные, но неразрывно связанные между собой направления деятельности, составляющих единый производственный процесс, направленный на получение общего результата».

Все это, как известно, уже нашло свое отражение в Письме от 11 августа 2017 г. N СА-4-7/15895@, Письме ФНС России от 31.10.2017 N ЕД-4-9/22123@ и в Письме ФНС России от 29.12.2018 N ЕД-4-2/25984.

Справедливости ради стоит обратить внимание на Письмо ФНС России от 31.10.2017 N ЕД-4-9/22123@, где налоговым органом уже был дан ответ на вопрос о том, как применяется п.1 ст.54.1 НК РФ, когда создание схемы «дробления бизнеса» будет явно свидетельствовать об умышленном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни и, кстати, именно данным письмом ФНС уже давались рекомендации по применению положений статьи 54.1 НК РФ.

Сравнивать данные письма ФНС – дело неблагодарное. Ключевое отличие данных разъяснений в риторике, которой придерживается ФНС. Если первое письмо делало упор, на то, как налоговому органу доказывать отсутствие реальности хозяйственной операции и соответствующий умысел налогоплательщика, то последнее письмо полностью перекладывает бремя доказывания на налогоплательщика по принципу «с больной головы на здоровую». Про бремя доказывания говорить необходимости нет, так как подробно это было уже сделано в статье «Новая «мантра» для налоговиков по применению ст. 54.1 НК РФ: системного подхода при применении данной статьи не будет».

К вопросу о доначислении сумм налогов при выявлении схем «дробления бизнеса» ФНС решила подойти механистически. Не став утруждать себя формулировкой сложных материй, ФНС предложила территориальным органам «руководствоваться правовыми позициями, изложенными в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 № 306-КГ18-13128, от 16.04.2019 № 302-КГ18-22744, от 30.09.2019 № 307-ЭС19-8085». Детализировать позиции, содержащиеся в вышеуказанных кейсах ВС РФ необходимости нет, так как это уже было сделано коллегами.

Вернемся к тому, с чего был начат данный обзор, а точнее к попытке ФНС показать «высокий» уровень эволюционного развития через «умелое» оперирование термином «бизнес-модель». То ли начитавшись деловой прессы и учебников по менеджменту организации, то ли в погоне за «хайпом» правоприменители из ФНС решили дать бизнесу четкий сигнал, что создают готовое «лекало» для последующего его рамочного использования своими филиалами (т.е. судами) против него.

Подобные действия ФНС не только переходят все границы дозволенного, но и ограничивают возможности надлежащего применения закона, его правильного трактования и применения судами. ФНС, создавая соответствующую порочную практику, идет наперекор духу закона, направленного на развитие предпринимательской деятельности.

Читайте также:
Ликвидация ООО с нулевым балансом: пример, новая форма и пошаговая инструкция для закрытия

Использование ФНС в рамках противодействия «дроблению бизнеса» нового лекала под названием «бизнес-модель» неслучайно. Это результат планомерной работы ФНС, которая направлена на «истребление» частного бизнеса. Внедрением в правовой оборот подобных дефиниций ФНС ставит под сомнение все достижения по формированию предпринимательской культуры в обществе.

Инструментарий доказывания «налоговой схемотехники» не поменяется:

Критиковать разъяснения ФНС за ее бессистемный подход можно бесконечно, но несмотря на это сами налогоплательщики допускают ошибки и ключевая ошибка – несоблюдение баланса структуры бизнеса при разделении финансовых потоков и активов.

В последнем разделе письма ФНС мы не увидим четких указаний судам, как раскрывать схемы дробления бизнеса, однако, в п.8 письма такие подсказки имеются.

Так, согласно п. 8 письма, о направленности действий налогоплательщика на неправомерное уменьшение налоговой обязанности (в рассматриваемом случае через «дробление бизнеса») могут свидетельствовать следующие факты:

– обналичивание денежных средств проверяемым налогоплательщиком, аффилированными или подконтрольными лицами;

– использование таких средств на нужды налогоплательщика, учредителей налогоплательщика, его должностных лиц, иных связанных с ними лиц (взаимозависимых, подконтрольных, контролирующих лиц, родственников и т.п.);

– использование одних IP-адресов;

– обнаружение печатей и документации контрагента на территории (в помещении) проверяемого налогоплательщика и другие.

На первый взгляд ничего нового, за тем лишь исключением, что ФНС просто детализировала один из признаков «дробления» – формальный документооборот. К слову, об этом уже говорилось в Письме ФНС России от 31.10.2017 N ЕД-4-9/22123@.

Между тем, то ли не понимая, как строится бизнес, то ли не желая этого понимать ФНС намеренно упустила ряд немаловажных моментов. Видимо очередной раз решила оставить это на откуп своим судам.

Описывая использование «аутсорсинговых схем» работы с персоналом, совпадение IP-адресов и т.д. ФНС, к сожалению, не стала утруждать себя таким вопросом, а каков должен быть минимальный размер налоговой выгоды в виде процентного соотношения полученного дохода от реальной экономической деятельности налогоплательщика, чтобы смело утверждать, что цель структурирования бизнеса – именно получение необоснованной налоговой выгоды. Если допустить, что размер такой налоговой выгоды в виде полученного дохода может находиться в пределах «статистической» погрешности, то использование вышеназванной схемы работы и технических аспектов деятельности (например, один IP-адрес может принадлежит основному собственнику БЦ, где находится налогоплательщик), по сути, уже является достаточным при признании налогоплательщика виновным в «дроблении бизнеса».

Давая предварительную оценку разъяснениям ФНС можно смело делать вывод об очередном торжестве формализма. ФНС явно забыла о позиции, сформулированной в одном из своих предшествующих писем, где указывала на необходимость «исключить предъявление необоснованных претензий к разделению бизнеса, не направленному на злоупотребления, поскольку выбор и изменение бизнес-структуры является исключительным правом хозяйствующего субъекта» (Письмо от 29.12.2018 N ЕД-4-2/25984).

Инструменты парирования и практические советы:

Раскрывать рекомендации, с которыми многие уже знакомы, но которыми, как правило, пренебрегают «дробители» и «структурировщики» бизнеса не стоит. О них уже подробно рассказывал в одной из статей.

Подытоживая все вышеуказанное необходимо отметить, что кризисные явления в экономике и «карательная позиция» ФНС не сулят бизнесу ничего хорошего, поэтому об обоснованности налоговой выгоды стоит задуматься уже сейчас. Налоговые органы никуда не денутся и с новыми силами и рвением будут зарабатывать себе премии за счет бизнеса.

Когда судьи признают дробление компании законным?

Разделение бизнеса для оптимизации налогообложения может стать основанием для доначислений и наложения на компанию штрафов. Однако умышленное дробление с единственной целью ревизорам нужно прежде доказать. Ирина Михеева, ведущий юрисконсульт компании «КСК Аудит», по просьбе журнала «Расчет», изучила судебные споры, в которых арбитры сказали ревизорам «нет» и признали разделение оправданным.

Для начала разберем, что обычно понимается под таким действием, как дробление бизнеса. Ведь дело в том, что на законодательном уровне определения такому понятию нет. Но понять, какой смысл вкладывают власти в этот термин, все-таки можно, он раскрывается через судебную практику и разъяснения налоговых органов.

Итак, под дроблением бизнеса понимается реструктуризация компании, в ходе которой регистрируется несколько небольших организаций или ИП, на которые перекладывается часть функций, ранее выполнявшихся одним предприятием. Если в ходе такой реструктуризации бизнес экономит на налогах, то подобные действия коммерсантов с большой долей вероятности привлекут внимание со стороны налоговых органов.

Показательные признаки

Ведомства выпустили не одно письмо по этому вопросу. В некоторых прямо перечислены признаки незаконного дробления, к таким, например, можно отнести письмо Минфина России от 11 августа 2017 года № СА-4-7/15895@ и письмо ФНС России от 29 декабря 2018 года №ЕД-4-2/25984.

Вкратце можно выделить следующие виды разделения компаний:

  • дробление производства;
  • дробление отделов продаж;
  • дробление розничных подразделений;
  • вывод процессов, ранее выполняемых разделяемой компанией;
  • вывод сотрудников.

Вопрос в том, по каким признакам контролеры будут определять компании, которые разделяются на несколько с одной-единственной целью: платить меньше налогов. Перечислим некоторые из них:

  • отсутствие деловой цели выделения нескольких компаний,
  • ИП из одного предприятия
  • осуществление деятельности под единой торговой маркой,
  • снижение объемов продаж по одной компании и перевод на другие организации и ИП,
  • взаимозависимость лиц между собой,
  • единый топ-менеджмент,
  • миграция персонала (тот же штат работников),
  • единая бухгалтерская и кадровая службы,
  • расчетные счета в одном банке,
  • общие IP-адреса,
  • нахождение компаний по одному фактическому адресу,
  • безвозмездная передача активов,
  • выдача займов (беспроцентных или с низкой ставкой) между участниками «раздробленного бизнеса».

В случае если ревизоры обнаружат такие признаки и проведут проверку, налогоплательщик рискует получить существенные доначисления налогов и штрафы.

Правоприменительная практика свидетельствует о том, что решение судьи по таким спорам зависит от конкретных обстоятельств дела. В некоторых случаях компаниям удается доказать свою правоту и арбитры занимают сторону бизнеса. Рассмотрим несколько таких разбирательств, чтобы понять, какие аргументы помогли бизнесу победить.

Нет взаимозависимости

В деле № А33-883/2017 налоговая ссылалась на взаимозависимость участников «раздробленного бизнеса» (а именно – ревизоры настаивали на взаимозависимости через общий бизнес), а также экономическую взаимозависимость и косвенную.

Однако суд встал на сторону бизнеса, указав, что налоговый орган не представил доказательств наличия взаимозависимости по основаниям, связанным с участием в капитале, осуществлением функций управления, служебного подчинения либо наличия иной возможности другого лица определять решения, принимаемые налогоплательщиком.

То обстоятельство, что спорные компании имели незадолго до заключения договоров одного учредителя и руководителя, само по себе не свидетельствует о взаимозависимости организаций и наличии влияния на условия или экономические результаты сделок.

Читайте также:
Как рассматриваются дела о банкротстве: порядок, сроки, производство

Также суд отметил, что в силу принципа свободы экономической деятельности (ч. 1 ст. 8 Конституции Российской Федерации) компания осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Таким образом, налоговый орган, оценивая экономическую целесообразность, рациональность и эффективность хозяйственных взаимоотношений компании с ее контрагентами в гражданских правоотношениях, вышел за пределы своей компетенции (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 2 июля 2018 г. № Ф02-2344/2018 по делу № А33-883/2017).

Нет деловой цели

Нередко ревизоры аргументируют свои доводы о сомнительности «дробления» отсутствием деловой цели, но суды, как правило, признают, что «дробление» бизнеса имеет реальные деловые цели, в ситуации, когда у участников «раздробленных» компаний разные направления, сферы и виды деятельности, например оптовая и розничная торговля, производство и продажа, вот несколько споров по таким основаниям: Постановление от 18 марта 2019 года № Ф01-609/2019 по делу № А82-18645/2017, Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 мая 2018 года № 19АП-2081/2018 и Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 29 октября 2018 года № Ф10-3915/2018 по делу № А14-10189/2017.

Наличие у каждого из участников «раздробленного» бизнеса самостоятельных каналов приобретения и сбыта товара – еще один довод в пользу налогоплательщиков. В Постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22 мая 2018 года № Ф02-1906/2018 по делу № А19-6999/2017 арбитры снова заняли сторону бизнеса.

В другом деле, № А67-476/2017, компания, которая устанавливала, ремонтировала и обслуживала лифты, выделила деятельность по монтажу лифтов в отдельный бизнес, создав новое предприятие. В суде коммерсанты объяснили, что такое выделение необходимо для повышения конкурентоспособности. Инспекция решила, что вся деятельность с лифтами от монтажа до обслуживания – единый производственный процесс и что имеет место искусственное разделение компании, но суд встал на сторону налогоплательщика, указав со ссылкой на Постановление Правительства РФ от 2 октября 2009 года № 782, что эти виды деятельности являются самостоятельными (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 16 мая 2018 г. № Ф04-1415/2018).

В деле № А19-6999/2017 суд указал, что подготовка к продаже бизнеса по частям является разумной деловой целью «дробления» бизнеса (Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22 мая 2018 г. № Ф02-1906/2018).

Нет одного руководителя

В споре между налоговой инспекций и компанией (дело № А12-20691/2018) суды пришли к выводу, что ревизоры не обосновали, на основании каких фактов была установлена руководящая роль якобы головного предприятия в схеме по дроблению, что повлекло последующее отнесение всех доходов на заявителя. Инспекторами не было установлено фактов распределения обществами между собой полученной выручки (налоговой выгоды), наличия между ними или их учредителями соглашения об этом, финансирования со стороны компаний друг друга, как и доказательств объединения полученных средств или их перечисления кому-либо или их совместного использования для тех или иных целей. Результат: компания победила в споре (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 19 июня 2020 г. № Ф06-40022/2018).

Нет экономического результата

В рассматриваемом далее споре ревизоры ссылались на отсутствие экономического результата в разделении компании, но у арбитров было иное мнение. В деле № А49-8468/2017 суд указал, что наращивание оборотов после «дробления» бизнеса свидетельствует о том, что каждый из экономических субъектов обеспечил себе свою долю и обороты в бизнесе, а соответственно, получил самостоятельный экономический результат (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23 октября 2018 г. № Ф06-38119/2018).

Нет смысла в «схеме»

В деле № А53-16343/2018 участники разделенного бизнеса оказались взаимозависимыми лицами (директор и учредитель ООО – отец, а ИП – дочь), поэтому инспекция посчитала, что налогоплательщики создали схему, прикрывающую деятельность одного субъекта деятельностью ИП, работа индивидуального предпринимателя, по мнению контролеров, была фиктивной.

Суд встал на сторону налогоплательщика, когда установил незначительный объем реализации мебели от ООО в адрес ИП (всего 3–7% от всех оптовых продаж мебели предприятием за два года), что вызвало сомнения в экономической целесообразности выстраивания «схемы» (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17 июня 2019 г. № Ф08-4285/2019).

Нет самостоятельности

Еще один часто применяемый аргумент ревизоров, подтверждающий фиктивность дробления компании – отсутствие у новых предприятий самостоятельности. Как можно противостоять такой логике ревизоров? Наличие у каждого из участников разделенного бизнеса средств и ресурсов, необходимых и достаточных для ведения деятельности, суды толкуют в пользу компаний как признак реальной самостоятельности участников, например, в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 23 октября 2018 года № Ф06-38119/2018 по делу № А49-8468/2017.

Практику по дроблению (не только положительную, но и отрицательную) будет полезно изучить не только перед началом проверки или уже после возникновения спора с инспекторами, но и на стадии планирования реструктуризации бизнеса.

Подпишитесь на журнал «Расчёт» или «Расчёт. Премиум» на 1-е полугодие 2021 года! Скачать счет на подписку

Снижаем риски

Чтобы снизить налоговые риски при разделении компании, нужно доказать деловую цель дробления бизнеса. К таковым можно отнести оптимизацию производственных процессов и системы управления, развитие новых бизнес ­направлений, децентрализацию рисков и т. п.

Кроме того, каждая компания или ИП должны быть самодостаточными в части ведения бизнеса, у новых предприятий должны быть свои покупатели и поставщики, расходы нужно оплачивать самостоятельно, развивать собственные каналы сбыта и т. д. Также нелишним будет подстраховаться документальным обоснованием вывода той или иной части компании в отдельный бизнес, в доказательную базу можно включить маркетинговые исследования, аналитический отчет об отсутствии экономии на налогах в результате дробления, бизнес-­план и прочее.

Ошибки во время проверки

Этот спор примечателен тем, что суды отказали ревизорам не потому, что их доводы в дроблении ради оптимизации налогообложения оказались слабыми, а потому, что контролеры допустили несколько существенных ошибок во время проверки.

В деле № А12­34527/2018 налоговый орган добавил налогоплательщику всю выручку участников «схемы», однако никаких доказательств получения именно этой суммы ревизоры суду не представили. Кроме того, в доходы компании инспекторы включили займ и поступившие суммы возвращенных подотчетных средств, при определении размера налогов не были учтены платежи торгового дома по УСН, при доначислении НДС была применена ставка 18%, а не 18/118, как уже давно определено судебной практикой по этой категории дел.

Таким образом, исчисляя НДС сверх выручки, налоговый орган и произвел неверный расчет налогооблагаемой базы по налогу на прибыль для традиционной системы налогообложения, и неверно определил действительные налоговые обязательства компании. Суд указал, что выявленная неполнота проведенной налоговой проверки не может быть восполнена в рамках судебного разбирательства, и отказал инспекторам в удовлетворении их требований (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 12 декабря 2019 г. № Ф06­54506/2019).

Читайте также:
Заявление о включении в реестр требований кредиторов при банкротстве, порядок процедуры

РАСЧЕТ
Журнал для современного бухгалтера

Самый любимый бухгалтерский журнал, который всегда на вашей стороне.

98% подписчиков всегда продлевают подписку на журнал.

Мы пишем полезные статьи, чтобы помочь вам разобраться в сложных проблемах бухучета, переводим сложные документы «с чиновничьего на русский». Вы можете помочь нам в этом. Это легко.

*Нажимая кнопку отплатить вы совершаете добровольное пожертвование

Признаки дробления бизнеса и его последствия

Признаки дробления бизнеса

С развитием налогового законодательства совершенствуется и оптимизация деятельности коммерческих организаций. Ю ридические лица адаптируются к изменениям в законодательстве, изыскивая варианты снизить расходы на обязательные платежи. Основное намерение юридических лиц в этом случае — переход с НДС на УСН или ЕНВД. Дробление бизнеса является одной из моделей поведения, которая помогает снизить финансовую нагрузку, ее использование чревато привлечением пристального внимания налоговых органов.

На законодательном уровне не раскрывается понятие, что такое дробление бизнеса и последствия, но исходя из судебной практики, можно его сформулировать. Это отнесение функций юридического лица на подконтрольные организации с целью получения налоговой выгоды и снижения расходов. В качестве примера приведем схему.

Правовое регулирование основывается на разъяснениях ФНС РФ в Письмах № СА-4-7/20486@ от 11.10.2017, № КЧ-4-7/14643 от 30.07.2018, № ЕД-4-9/22123@ от 31.10.2017.

Легальность разделения юридических лиц находится на границе между законной деятельностью и нарушением права. Возникает вопрос: дробление бизнеса — это законная оптимизация или налоговое преступление? Для ответа на него налоговый орган обязан выявить цель, которую преследует налогоплательщик, и доказать несамостоятельность и подконтрольность компаний:

  1. Если главная задача — изменить систему налогообложения и получить налоговую выгоду, присутствует злоупотребление правом со стороны организации, и она привлекается к ответственности.
  2. При разделении с целью сохранения самостоятельной производственной и предпринимательской деятельности — правонарушение отсутствует.

Признаки дробления

Действия по изменению структуры организации и избавлению тем самым от уплаты налогов привлекают внимание контролирующих органов. Налогоплательщик злоупотребляет своим правом, чтобы избежать установленной законом обязанности. Для пресечения таких действий ФНС РФ направлено Письмо № СА-4-7/15895@ от 11.08.2017, в котором указывается, по каким признакам инспекторы обнаружат дробление бизнеса, с примерами из арбитражной практики.

Выделяют следующие признаки:

Признак Характеристика Судебная практика
Расположение по одному адресу. Юридические лица имеют общий юридический или почтовый адрес. Постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2018 № 16АП-2479/2018
Наличие общих служб и сотрудников, которые сопровождают действия. Отдельные подразделения создаются для обслуживания всей системы компаний. Например, ведение бухгалтерского учета и подбор кадров. Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2019 № 11АП-19422/2018
Отправление налоговой отчетности и иных документов с одного IP-адреса. Передача в налоговый орган документов от разных организаций с использованием одной цифровой подписи, IP-адреса. Постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2018 № 06АП-4304/2018
Единый вид экономической деятельности. Деятельность юридических лиц имеет общую направленность. Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.08.2018 по делу № А74-13176/2016
Использование единых контактов связи. При обращении с государственными органами указываются одинаковые контактные данные: электронная почта, телефонная связь, почтовый адрес. Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2018 № 05АП-6345/2018
Наличие одного руководителя. Основная и подконтрольные организации имеют одинаковых учредителей или руководителей. Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23.07.2019 № Ф02-2544/2020

По состоянию на 2020 год судебная практика по дроблению бизнеса сложилась так, что контролирующим органом выявляются сразу несколько признаков деления (Определение Верховного Суда РФ № 304-КГ18-11923 от 21.08.2018 и № 302-КГ17-2263 от 05.06.2017). Чем больше признаков аффилированности, тем больше вероятность, что при оспаривании налогоплательщиком решения налогового органа в суде суд примет позицию государственного органа.

Сколько придется заплатить за нарушение

Деление бизнеса с сохранением признаков аффилированности для извлечения налоговой выгоды квалифицируется налоговыми органами по п. 1 и п. 3 ст. 122 НК РФ . Организация должна оплатить штраф, который зависит от размера неуплаченного налога и составляет от 20 до 40 процентов.

Среди субъектов, подвергнутых наказанию, могут оказаться все компании, входящие в группу по аффилированности. Как мера ответственности используется доначисление налогов при дроблении бизнеса, такое действие инспекторы вправе произвести по каждому юрлицу. В этом случае контролирующим органам придется доказать размер обязательств на основании первичных документов. Действующим законодательством уголовная ответственность за дробление бизнеса не предусмотрена. По уголовному законодательству возможна квалификация по ст. 199 УК РФ — уклонение от уплаты налогов, тогда налоговый инспектор обязан направить информацию в следственные органы.

Как отстоять свою позицию и исключить привлечение к ответственности

При выявлении действий, схожих с уклонением от обязательных платежей в бюджет, главная задача налоговых органов — доказать факт умысла у организации. Государственные органы все чаще обращают внимание на дробление бизнеса; три ошибки и два правила выделяют при организации взаимодействия самостоятельных юридических лиц.

Ошибка № 1. Использование единой структурной службы при формальном разделении на разные компании.

Ошибка № 2. Отсутствие своих активов у вспомогательной организации и взаимодействие с тем же кругом лиц, что и основная компания.

Ошибка № 3. Оплачивая налоги при дроблении бизнеса, организации используют упрощенную систему налогообложения и отчитываются посредством одной бухгалтерии.

Правило № 1. Нужно максимально обособить друг от друга смежные организации. Использовать разное местоположение, сотрудников, контакты для связи.

Правило № 2. При переводе работников в смежную организацию меняйте фактическое место их нахождения по адресу новой организации. Сотрудники зависимых компаний не должны руководствоваться одними локальными актами.

При оспаривании решения налогового органа главная задача налогоплательщика — обоснование деловой цели разделения бизнеса для достижения определенного экономического эффекта.

Схема дробления бизнеса: анализ Федеральной налоговой службы

Станислав Джаарбеков, заместитель директора, председатель экспертного совета
Института развития современных образовательных технологий (ИРСОТ),
юрист, аттестованный аудитор, член Московской аудиторской палаты

Сегодня поговорим с вами о схеме дробления бизнеса, а точнее – о новом разъяснении ФНС по этому вопросу. Я говорю о письме ФНС России от 11.08.2017 № СА-4-7/15895@ «О направлении обзора судебной практики, связанной с обжалованием налогоплательщиками ненормативных актов налоговых органов, вынесенных по результатам мероприятий налогового контроля, в ходе которых установлены факты получения необоснованной налоговой выгоды путем формального разделения (дробления) бизнеса и искусственного распределения выручки от осуществляемой деятельности на подконтрольных взаимозависимых лиц».

На мой взгляд, это очень глубоко проработанный документ, в нем анализируется судебная практика, сложившаяся за последнее время. И что самое интересное: здесь по ряду вопросов приведены как судебные дела, решившиеся в пользу налоговых органов, так и судебные дела, решившиеся в пользу налогоплательщиков.

Нужно сказать, что схема дробления бизнеса – это, наверное, один из самых сложных вопросов в нынешнем законодательстве, в правоприменительной практике. В основном это связано с ситуациями, когда налогоплательщик, масштабы деятельности которого превышают размеры деятельности малого бизнеса, начинает использовать в работе специальные налоговые режимы, предусмотренные для малого бизнеса (упрощенное налогообложение, ЕНВД, патентная система налогообложения). То есть вопрос о дроблении бизнеса возникает в ситуации, когда наш бизнес слишком масштабен для применения систем налогообложения, используемых в малом бизнесе, но за счет создания нескольких компаний, каждая из которых имеет право на применение специальных налоговых режимов, мы их используем. Причем в некоторых случаях это допустимо, но существует большое количество ситуаций, когда (исходя из правоприменительной практики) считается так. Мы применили схему дробления бизнеса. Как результат – налогоплательщика лишают льгот. Предположим, налоговая доказала, что три компании вели деятельность, применяя упрощенную систему налогообложения, а на самом деле деятельность велась одной компанией. Тогда берут налоги всех трех компаний и облагают налогом по общей системе налогообложения, поскольку пороги для применения упрощенки в рамках одной из этих компаний будут превышены.

Подобные претензии налоговиков довольно часты. Поэтому я и обращаю ваше внимание на это письмо. Вкратце расскажу его суть, но рекомендую тем, кто сталкивается со схемой дробления бизнеса вплотную, у кого бизнес построен с применением специальных налоговых режимов, рекомендую тщательно изучить это письмо. Оно написано очень толково, приводятся глубокий анализ судебной практики и очень интересные выводы.

Прежде всего, это статистика. ФНС сообщает, что за последние 4 года арбитражные суды рассмотрели более 400 таких дел, и сумма спора превышала 12,5 млрд рублей. ФНС выделила общие признаки схемы дробления бизнеса. Это указано в п. 1 письма. Назову лишь некоторые из них.

Прежде всего, обращается внимание на то, что схема дробления бизнеса возникает, когда есть единый процесс, он организован через нескольких налогоплательщиков, использующих специальные налоговые режимы: ЕНВД, УСН, патентная система налогообложения. Дальше говорится о том, что признаком схемы дробления бизнеса является факт, что налогоплательщик или его участники получают фактическую выгоду от использования таких схем налогообложения. Выгода может быть в том, что налоговая инспекция в ходе проверки выясняет, кто является конечным получателем дохода. Если у нас есть несколько юридических лиц, но выгода от применения каждым из налогоплательщиков специальных налоговых режимов, то есть итоговая добавленная стоимость, сосредотачивается в руках одного лица. Этот признак может быть и в легитимных схемах. Есть налогоплательщики, выигрывающие такие споры. Всегда, когда мы используем несколько компаний, у нас есть централизация потока. Но как один из возможных признаков налоговая служба это обозначила.

Дальше налоговая служба говорит о том, что в схеме дробления бизнеса компании осуществляют один и тот же вид деятельности.

Еще один из признаков. Создание участников схемы в течение небольшого промежутка времени непосредственно перед расширением производственных мощностей или увеличением численности персонала. Это пример из судебной практики. Да, действительно, нередко это является признаком, показывающим, что налогоплательщик осознанно не расширил производство в рамках существующей компании, а специально создал новую компанию, чтобы туда вывести людей (или принять на работу людей), связанных с расширением бизнеса.

Несение расходов участниками схем друг за друга. Это типичная ошибка в такого рода (и не только в такого рода) схемах. То есть очень часто в группе взаимозависимых лиц возникает несение расходов друг за друга. Например, есть доменное имя, которым пользуются все сотрудники группы, а одна компания несет расход. То есть, одна компания и должна нести расход. Другое дело, что в дальнейшем эти расходы (в легитимной ситуации) должны как-то распределяться. Но налоговая обращает внимание, что несение расходов друг за друга можно трактовать как признак схемы дробления бизнеса.

Прямая или косвенная взаимозависимость. Формальное перераспределение между участниками схемы персонала, изменение их должностных обязанностей. Вот это, я хочу сказать, уже «в десяточку». Никто не запрещает создавать несколько компаний, которые ведут один и тот же вид деятельности и применять специальный налоговый режим. Акционеры могут создать, например, три-четыре-пять магазинов, которые работают в разных местах, и это будет допустимо, даже если их суммарная выручка превышает порог для УСН. Такого же рода претензии могут быть с ЕНВД, только уже не к выручке (в ЕНВД порога по выручке нет), а, например, по численности персонала. Повторюсь, создавать отдельные компании не запрещено. Но отдельным признаком, который суды принимают как схему дробления бизнеса, является то, что эти участники, то есть вновь созданные компании, не ведут реальную деятельность. То есть один участник ведет деятельность, а остальные созданы для того, чтобы через них проходила льготная выручка. Но деятельности как таковой нет: отсутствует персонал, отсутствуют основные средства. И это основной признак, по которому можно заподозрить дробление бизнеса. И когда мы говорим о перераспределении персонала между участниками без изменения их должностных обязанностей, это про пересеченность функций. Если каждая компания группы ведет свой бизнес самостоятельно, даже если суммарная выручка превышает порог – ничего страшного. По крайней мере, на сегодня судебная практика так к этому относится. Но если между участниками перепутаны функции дохода и расхода, одна компания несет расход за другую, или перепутываются поступления выручки, то можно говорить о том, что это единая организация и налоговая может попытаться такую выручку суммировать.

Отсутствие подконтрольных лиц, принадлежащих им основных средств, оборотных средств, кадровых ресурсов. В сущности, это то же самое. Признак схемы дробления бизнеса – когда какие-то из участников являются формальными, не ведут реальной предпринимательской деятельности.

Использование участниками схемы одних и тех же вывесок, обозначений, контактов, сайтов в сети интернет, адресов фактического местонахождения, банков. Когда мы действуем как группа, очень часто используются единые данные. Само по себе это не критично. Группа – это некий объединенный коммерческий ресурс. А этот приведенный признак работает в совокупности. Если у нас есть единая вывеска, но при этом каждая компания самостоятельна, на мой взгляд, это ничего страшного, и здесь схема дробления бизнеса неочевидна, можно доказать, что ее нет. Но это тоже один из признаков, обозначенных в письме.

Единственным поставщиком или покупателем для участника является другой участник. Очень часто в схеме дробления бизнеса, которые создают искусственных налогоплательщиков, есть такой прием. Например, мы хотим вывести средства на ИП. Создается ИП, которое оказывает какие-то услуги нашему основному бизнесу, мы ему выплачиваем доходы, он их облагает минимальными налогами, например, ИП по УСН 6%, а для нас это расходы. Проблема в подобной ситуации в том, что очень часто ИП не имеет других клиентов. Это бросается в глаза, и это один из признаков дробления бизнеса. Это также звучит в судебной практике и ФНС определяет это так же.

Фактическое управление деятельностью участников схемы осуществляется одними и теми же лицами или единой централизованной службой, осуществляющей бухгалтерский учет, подбор специалистов, персонала, выбор поставщика и так далее.

Это, наверное, основные. Этих признаков больше, я призываю тех, кто работает с этой темой, изучите внимательно, там все признаки обозначены.

ФНС обозначила и иные признаки схемы дробления бизнеса. То, о чем я говорил, относилось к п.1. А вот в п.2 письма обозначен, на мой взгляд, самый главный признак: формальный характер деятельности участников схемы. Давайте «повторим пройденное». Как правило, признаком схемы дробления бизнеса является формальность деятельности каких-либо участников. В судебной практике был такой спор. ИП продает мебель. Применяет общую систему налогообложения: платит НДФЛ и НДС. ИП вскоре открывает компанию, ООО, продолжает торговать мебелью. ООО становится «упрощенцем», реализация мебели идет через ООО по упрощенной схеме, без НДС. При проверке налоговая поставила вопрос, что ООО не является самостоятельным участником бизнеса и на доходы ООО добавила доходы ИП, обложила их налогом, НДФЛ и НДС и выиграла это дело в суде. На основании чего? Налоговая доказала, что у ООО не было самостоятельного ресурса для ведения деятельности. ИП как физлицо был единственным участником и руководителем этой компании. Других сотрудников не было. У ООО не было никаких основных средств на балансе, не было своего адреса для ведения деятельности. Не было офиса, где велась бы деятельность компании. То есть ООО была фактически виртуальной компанией, максимум – компанией на бумаге. Из атрибутов ООО была только печать. Отсюда налоговая сделала вывод, что компания искусственная, создана исключительно для оптимизации продаж не-НДС-ным клиентам, и добавила доходы ООО к доходам ИП по общей схеме налогообложения. Таких примеров много в судебной практике, не только с ИП, хотя случай, когда доходы ООО добавляются к доходам ИП, – не совсем типичный. В нашем случае проблема была в том, что компания была ненастоящей. Если бы у нее был руководитель, пусть даже тот же человек, что и ИП, но лучше, конечно, другой, был бы хотя бы минимальный персонал, какой-нибудь офис, какие-то основные средства, контактная информация, если бы ООО вело продажи как отдельный субъект хозяйственной деятельности, суд бы наверняка встал на сторону налогоплательщика. Но в описанной ситуации это было признано схемой дробления бизнеса.

Об этом ключевом моменте – формальном ведении деятельности – говорится в п. 2 Письма. В этом же пункте приводятся судебные решения как в пользу налогового органа, так и в пользу налогоплательщика.

Далее, ФНС приводит самые распространенные ошибки уже в рамках спора. Часто, когда налоговая выявляет схему дробления бизнеса, она не должным образом рассчитывает налоговые обязательства. Например, если идут какие-то доначисления. Например, компания была на «упрощенке», за счет сложения выручки двух компаний они слетают с «упрощенки», и нужно начислить им налоги по общей системе. Очень часто налоговая служба не учитывала расходы. Она брала доходы, взимала с них налоги, расходы не учитывала. Это неверно, в Письме говорится, что в таких ситуациях суды почти всегда встают на сторону налогоплательщика. Налоговая служба обязана верно определять размер налоговых обязательств: посчитать как доходы, так и расходы, – об этом говорит п.3 Письма.

Пункт 5 Письма говорит о ситуации, когда оба участника являются реальными налогоплательщиками, но раздробленными. В этом пункте опять же приводятся примеры положительной и отрицательной судебной практики, и приведен пример судебного решения, завершившегося в пользу клиента. Речь идет об аптечных сетях. Очень часто аптеки одной сети регистрируются как разные компании, но на «упрощенке». Получается много-много компаний, с одними и теми же акционерами, применяющие «упрощенку». Ведут один и тот же вид деятельности, но они все самостоятельные налогоплательщики. Налоговая приводит пример с аптеками, где они дела проиграли. Судебная практика очень последовательна. Если акционеры создали 10–15 компаний, но эти компании – самостоятельные участники бизнеса (у каждой свой руководитель, основные средства, персонал, управленческий ресурс), то такая конструкция разрешена законодательством. Да, если сложить все компании, выручка будет больше, но именно так строить бизнес никто не запрещает. И те дела, на которые ссылаются налоговики, это подтверждают. Но в этом Письме налоговики не делают вывода, что налогоплательщик прав. На сегодняшний день такая практика допустима, и хорошо бы налоговой этой понимать. У меня же пока сложилось впечатление, что не сделано в Письме однозначных выводов, как будто бы налоговые органы взяли паузу. Но надо отдать должное ФНС, что проигранные дела она отметила и пояснила, почему именно проиграла.

Ну и завершающий п.6. В нем тоже интересный вывод. По сути, налоговая служба говорит о том, что в Письме очень много пограничных ситуаций, и они говорят о том, что налоговые органы при обосновании схемы дробления бизнеса должны располагать доказательствами, которые однозначно свидетельствуют о совершении налогоплательщиком совместно с подконтрольными ему лицами виновных, умышленных согласованных действий, направленных не на разделение бизнеса, а на получение необоснованной выгоды. Обратите внимание: разделение бизнеса допустимо, и признается средством оптимизации предпринимательской деятельности. На мой взгляд, это хороший вывод. Уже обозначено, что разделение бизнеса – нормальный шаг для предпринимателя. Недопустимый шаг – получение необоснованной выгоды.

Еще раз настоятельно рекомендую ознакомиться с этим документом.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: